A New Morning- Like A Friend

Утро понедельника значительно проще после домашних выходных.
Погода была солнечной, поэтому я не поленилась прогуляться в лесу, по городу, пообедать в центре и поспать днем.
И мне наконец таки удалось подстричь челку.
Примерно так

Китайцы: культура, природа, человек




Человек культурный и человек природный

Европейский человек, окружив свою жизнь культурой, философией, науками, правилами этикета и одежды, обуздал так же свои естественные потребности. То есть сон, еду, секс, и физиологические нужды (туалет). Европейский человек подчинил их себе, создал правила для их осуществления. Он спит в определенное время и в определенном месте, имеет привычку есть в определенном месте с определенными людьми, в туалет ходит в положенное для этого место и в случае, если обстоятельства заставили сходить в общественный туалет, то предпочитает запереться в кабинке. Все эти потребности осуществляются в интимном пространстве человека, они не направленны наружу. У китайцев же совсем не так.
Все эти потребности являются естественными потребностями человека. Китайская культура нагромождена множеством правил поведения и взаимоотношений между людьми, большинство из которых соблюдаются и по сей день. Китайская культура имеет богатое наследие декоративно-прикладного искусства, богатую историю костюма и аксессуаров, богатую и сложную кухню. Но китайская культура оставляет право человеку быть естественным и справлять нужду, где попало (а даже если в туалете, то находясь на обозрении у других справляющих нужду, т.к. нет перегородок), спать, где захочется, и есть на улице среди толпы неизвестных тебе людей. Окультуривание человека делает его сложнее, глубже, закрытей. Человек не делится своими мыслями с каждым, если он считает их очень личными, так же как он не спит на центральной площади посреди дня. Если нет интимного, то нет и внутреннего, так как лишь то, что скрыто, подвергается внутренней обработке и развитию. А если все явно и все может быть выставлено на показ, то ничто не задерживается внутри, это равно справедливо как для мыслей, так и для экскрементов.




Жизнь улиц.

За годы Культурной революции в Китае было напрочь уничтожено индивидуальное личное пространство человека. Городские площади и улицы лишь подтверждение этому.
Главная функция улицы обеспечить комфортное времяпрепровождение китайцев, но ни в коем случае не пешеходная. Нагромождение столов, стульев, прилавков, тележек, ящиков и различного легкого транспорта просто не оставляют места для спокойного перемещения по улицам. Уличное пространство используется как общественная столовая, детская площадка, место для подготовки домашнего задания школьниками, для игры в маджонг или китайские шахматы всем двором и, конечно же, для крепкого послеобеденного сна. Жизнь китайцев полностью выставлена на всеобщее обозрение, каждый может наблюдать за другим, быть соучастным своему соседу, даже не желая этого. Улица становится одной большой коммунальной квартирой, где нет ничего своего – все общее, все для всех.
Вечером улицы пустеют, но не потому, что их обитатели разбрелись по своим настоящим квартирам, просто вся жизнь переместилась на городские площади. Люди с разных улиц и коммун города объединяются в единое целое на огромном пространстве. Их занятия мало чем отличаются от дневных: так же спят, едят, готовят, развлекаются, временами общаются. Но сам масштаб действия увеличивается многократно. Мало значения имеет личное знакомство с окружающими людьми, главное – что вас много, что вы счастливы вместе!




Еда.

Отношение к еде у китайцев иное, чем у нас. Мало кто из них умеет готовить – завтракают, обедают и ужинают они чаще всего вне дома. Это связано с государственной политикой в 50-х годах, когда перестали продавать хорошие продукты на рынках и построили крупные столовые при всех госучреждениях. В Китае процветают маленькие ресторанчики, уличные торговцы и всевозможные разновидности уличных забегаловок. Сперва брезгуешь есть еду, приготовленную немытым китайцем и принятую из его рук. На сознание давит московская предвзятость и отвращение к шаурме у гастарбайтеров, и лепешкам и чебурекам в ларьках около станций метро. Однако, если не избавиться от этой предвзятости в Китае, то можно многое потерять.




Парковая жизнь.

В период правления Мао Цзедуна все мелкие парки были уничтожены, так как считались буржуазными излишествами, насаждаемыми великой нацие врагами с запада!
После Олимпиады в Пекине появилось огромное количество малых и средних парков. Чаще всего такие парки из себя представляли что-то вроде аллеи, через которую проходишь по направлению к другой улицы или району города. От одного конца в другой тянулась петляющая дорожка, выложенная ровными камнями. По бокам от неё были либо аккуратно подстриженные кусты прямоугольной формы, либо газончики то же аккуратно подстриженные, но необыкновенно мягкие. Так же по пути встречается множество беседок, лавок, столиков для игр, азартных и не очень, и людей… И, конечно же, площадки, площадки, площадки – всевозможных типов, размеров и форм. Используется они кем угодно и как угодно, но без особой оригинальности: бадминтон, пин-понг, пускание воздушных змеев. Иногда на них проводятся танцы для тех, кому за пятьдесят или коллективная зарядка.
Все эти многочисленные площадки, столики, скамейки, дорожки, беседки – тонут в безбрежном море деревьев, цветов и прочей зелени, но сам парк захлёбывается бесконечным потоком людей всех поколений, погруженных в такое же бесконечное море своих занятий.




Традиции и современность.

Китайские традиции – это самый потребляемый в Китае товар. Все парки, дворцы, храмы являются открытыми туристическими объектами. В традиционные одежды и обряды вдохнули новую жизнь, что бы турист смог сфотографироваться в облачении столичного «мандарина» и прокатиться в паланкине, как это бывало при императоре. Вся древняя культура Китая пала жертвой Культурной революции. Хотя все то, что не смогли разрушить, теперь приносит большой доход, встав на туристический конвейер. Деньги в туристических храмах гребут лопатами, а от их избытка кормят ими рыбок в прудах. Охрана в ГуГуне (Императорском дворце) играет в баскетбол, а монахи Шаолиня, вместо медитаций в свободное время, вторят им из своих храмов, в перерывах между развлекательными выступлениями перед благодарной публикой.
Но традиции чудом остались в китайских подворотнях, где их бережно, хотя и не осознано, хранят старички, играющие в древние игры, которые когда-то были популярны при дворах императоров, либо в парках, где старые каллиграфы расписывают асфальт водяными иероглифами старых стилей, вызывая восторг у прохожих соотечественников!

копи здесь http://www.lookatme.ru/flows/eto-ya-sam/posts/105583-kitaytsy-kultura-priroda-chelovek

Женщины дуры. И я отношусь к большиснва тем, кому свойственны похожие ошибки и самые нелепые курьезные ситуации.

Откуда берутся эти дни, когда так, словно стоишь на горохе и слушаешь самого плаксивого на свете джеймсона мразя?

Серая или белая зарплата?

Рыбы зимой



Рыбы зимой живут.
Рыбы жуют кислород.
Рыбы зимой плывут,
задевая глазами
лед.
Туда.
Где глубже.
Где море.
Рыбы.
Рыбы.
Рыбы.
Рыбы плывут зимой.
Рыбы хотят выплыть.
Рыбы плывут без света.
Под солнцем
зимним и зыбким.
Рыбы плывут от смерти
вечным путем
рыбьим.
Рыбы не льют слезы:
упираясь головой
в глыбы,
в холодной воде
мерзнут
холодные глаза
рыбы.
Рыбы
всегда молчаливы,
ибо они --
безмолвны.
Стихи о рыбах,
как рыбы,
встают поперек
горла.

Лечу на Сахалин. И как всегда. Не поездка на этот остров, а драма.
Что же, я ничего не меняю.
В себе.

Одино́чество — социально-психологическое явление, эмоциональное состояние человека, связанное с отсутствием близких и положительных эмоциональных связей с людьми.

Ложка в меде
и еще один день, который обернулся вновь в унылую усталость этого города.
Я начала, как и все здесь засыпать в метро,
утомляться
и привыкать.